Настоящая же, непреходящая ценность любого народа – его историческая память о славном прошлом. А если эта память еще и подкреплена артефактами, выставленными в музейной экспозиции и надлежащим образом сохраненными и изученными – и музею гарантирован наплыв посетителей, и ученым есть чем заняться, и обычные граждане имеют возможность приобщиться к близкой и наглядной истории своей страны.

История вопроса

Вследствие исторических перипетий уникальные вещи времен Запорожской Сечи оказались за океаном. Среди них - ризница Покровской церкви Новой Сечи, Евангелие 1759 года, перначи, бунчуки, флаги Новой Сечи, военная печать и 35 куренных флагов Войска Запорожского Низового, 14 запорожских сечевых атаманских и куренных булав и перначей, икона Покровы Пресвятой Богородицы, войсковые и полковые флаги буджацких, дунайских, азовских казаков. Одним из наиболее драгоценных предметов (и в историческом, и даже в материальном смысле) является иконостас Межигирского монастыря. В этом монастыре, который считали казацким духовным центром, находили покой от мирской суеты лихие рубаки - сечевики, а в его росписи и обрамлении принимали участие лучшие художники того времени.

До 1917 года эти реликвии сохранялись в Военном соборе св. Александра Невского на Кубани. В феврале 1919 года, когда красные войска наступали на Екатериноград, казацкая рада постановила: спрятать регалии. Для сопровождения святынь за границу, в дружескую православную Сербию, избрали пятерых: генерал-майора П. И. Кокунько, генерал-майора С. П. Звягинцева, полковника В. П. Белого, войскового старшину Я. В. Семикобылина и патриарха кубанской истории, профессора Кубанского политехнического института Ф. А. Щербину. Казацкие сокровища загрузили в двенадцать деревянных сундуков – и с этого момента начались продолжительные странствования казацкого наследия.

Почти за два месяца казаки со своим бесценным грузом прошли Новороссийск, Константинополь (Турция), Салоники (Греция) и в апреле 1920 года прибыли в Белград. Реликвии несколько раз перемещались с места на место уже на территории Сербии, в конце концов они снова возвратились в Белград, в сухое и теплое помещения крепости Калемерган.

В 1938 года казацкие регалии перевели в музей военного министерства на хранение "до восстановлению в России национальной власти или возрождения целостности Кубанского казацкого войска, которое будет признано югославским государством". Тем временем реликвии упорядочили специалисты, а казацкую экспозицию выставили для обзора. Она была своеобразным центром объединения казаков, которые волей капризной судьбы оказались в эмиграции.

Во время Второй мировой войны музей ограбили. Войсковой атаман В. Г. Науменко, который отвечал за хранение реликвий, обратился к немецкому генералу Мелю (руководившему всеми музеями Германии) с просьбой о помощи. Оказалось, что почти все уцелело, исчезли лишь литавры, серебряные трубы и имущество Гвардейского дивизиона.

С помощью генерала Меля атаман Науменко надеялся возвратить уцелевшее имущество в собственность Кубанского казачества, но возникли определенные политические трудности – на право владеть и распоряжаться реликвиями претендовали т.н. "свободные казаки", которые планировали создать независимое государство "Казакия". Лидер "казакийцев" В. Глазков после оккупации Сербии немцами объявил всех своих приверженцев "казацкой партией националистов" и стал под знамена Гитлера. Вопреки всему, после войны военные клейноды и другое имущество возвратили в собственность Кубанского казацкого войска. Осенью 1944 года, когда к Белграду подступали советские войска, сундуки с регалиями отправились в новые опасные странствования, которые завершились в США.

За 20 тысяч долларов, собранные казакими (немалая сумма на те времена), был приобретен трехэтажный дом на окраине Нью-Йорка. Там, в пятнадцати комнатах, разместился Кубанский войсковой дом и казацкие сокровища. Со временем построили специализированный музей в городе Ховелл (штат Нью-Джерси), где до сих пор содержится казацкое наследство.

Вопросы истории

Как известно, кубанское казачество сформировали после разрушения Новой Сечи из ее уцелевших казаков и из Черноморского казачества. Делегация возрожденного кубанского казачества уже посетила Ховелльский музей и ныне ведутся переговоры о возвращении реликвий – конечно, на Кубань, в Российскую Федерацию.

В Украине обо всех перипетиях с казацкими сокровищами ничего не было известно. Во времена царизма и советской власти любые сведения о казачестве тщательно замалчивали. К сожалению, с появлением на политической карте мира независимой Украины эта тенденция сохранилась. Если бы не любознательность известной исследовательницы казачества из Запорожья Людмилы Маленко, об этой истории украинская масса никогда бы не узнала.

Благодаря госпоже Маленко и журналисту Виктору Тригубу, в украинских СМИ началась кампания за возвращение части казацких сокровищ (которые непосредственно касаются украинской истории) из Америки на родину. Выглядело бы логичным, если бы та часть казацкого наследства, которая непосредственно относится к «украинскому периоду», нашла место в экспозициях украинских же музеев. Научная общественность, представители казацких организаций и журналисты написали открытое письмо к Президенту Украины В. Ющенко (провозглашенному на Хортице гетманом), провели целый ряд мероприятий, направленных на информирование общества и представителей власти об огромной научной и нравственной ценности казацких реликвий для нашего государства.

Возвращение реликвий в Украину способствовало бы идеям соборности украинского государства, ведь казачество всегда собирало в своих рядах наилучших представителей всех украинских земель без деления на Север или Юг, Запад или Восток. Нужно сознавать, что речь идет и не о деньгах – хотя только страховая стоимость сокровищ может достигнуть суммы с шестью нулями в долларовом эквиваленте.

Однако еще более ценным считается документ, в котором содержатся зашифрованные сведения о спрятанных казацких сокровищах. Известно, что по возвращении из удачных походов казаки честно отдавали причитающуюся десятину церкви, часть благоприобретенного имущества и денежных средств делили согласно "боевому вкладу", а добрую половину добытого – в основном золотые и серебряные монеты, драгоценные камни и посуду – складировали в потаенных местах, до лучших времен. Кладоискатели и авантюристы всего мира готовы выложить немалые средства уже за одну возможность получить в руки даже закодированные сведения о сокровищах "степных корсаров".

По имеющейся информации, несколько лет назад попытка передать украинской стороне материалы по местоположению казацких сокровищ стоила жизни атаману Бублику – одному из эмигрантских руководителей кубанцев. Он погиб в загадочной автокатастрофе именно в тот день, когда ехал на переговоры относительно передачи секретной карты в Украину.

Спецоперация «пропавшая грамота»

Как ни странно, все описанное выше явилось прелюдией к… ожесточенной закулисной борьбе специальных служб Соединенных Штатов и России. Противостояние развернулось как раз вокруг проблемы возвращения казацких сокровищ в Украину.

По сообщению средств массовой информации, музей в Ховелле, двери которого были опечатаны полицией, был ограблен некими "не установленными" личностями с легко устанавливаемой военной выправкой, прибывшими на машинах с дипломатическими номерами, принадлежавшими представительству России в США. Экспонаты музея, изъятые ценителями "казацкого прекрасного", странным образом оказались в российском консульстве. Чтобы – быть заблокированными там личностями, донельзя похожими на сотрудников ФБР, тщательно отслеживающими все передвижения "дружественных" дипломатов столь же условно дружественной им России.

После этого события развиваются по нарастающей, как в добротном детективе с нетрадиционными сюжетными ходами. Консульство Российской Федерации – небывалый случай – закрывается на три дня. В это время в России кубанский атаман Громов выступает с заявлением о скором возвращении в Россию казацких сокровищ, в частности, жалованной грамоты императрицы Екатерины II запорожским казакам на Кубань.

Поскольку эта грамота числится среди пропавших документов в Ховелльском музее, американцы высказывают неофициальное, но очень внушительное недоумение российским дипломатам по поводу высказываний Громова.

Тиха украинская ночь…

Тем временем проснулись от социокультурной госспячки украинские официальные лица и инстанции. МИД и госслужба по контролю за перемещением культурных ценностей начали активные консультации, для начала – с журналистами-инициаторами возвращения казацких сокровищ в Украину. Минкульт в лице экс-министра Лихового и иже с ним ограничились ответами в стиле музейного экскурсовода из "Двенадцати стульев", что, мол, ховелльская экспозиция художественной ценности не представляет. Ну конечно, ведь казаки не создавали столь милую сердцу наших культуртрегеров Трипольскую культуру…

Активнее и конструктивнее всего "встрепенулась" Верховная Рада, где народный депутат Ольга Боднар зарегистрировала проект постановления о создании специальной комиссии ВРУ по возвращению культурных ценностей, в состав которой войдут представители всех парламентских фракций.

Обидно, что интерес к казацким реликвиям официальных лиц, которым в силу их должностей вменено в обязанность блюсти украинские интересы, был проявлен в основном лишь после того, когда сама проблема возвращения регалий стала способом выяснения отношений между специальными и иными службами стран, имеющими к теме Запорожской Сечи и казачества минимальное отношение.

Как сообщают источники в Соединенных Штатах, сейчас казацкие регалии находятся в посольстве России в Вашингтоне и россияне думают думу, как бы вернуть их в Ховелл, избежав излишней огласки и не «потерять лицо». Те же источники, имеющие непосредственное отношение к казацкой эмиграции в США, утверждают, что российские посольство впало в подобные раздумья после того, как о произошедшем в Ховелле было доложено лично американскому президенту. Говорят, что Джордж Буш был крайне возмущен активностью российских спецслужб на территории его президентства, о чем не преминул по соответствующим каналам донести до сведения своего российского коллеги.

Короче говоря, возвращение казацких сокровищ в Украину все еще может состояться, «попри всі негаразди”. Только вот не хочется, чтобы в результате бурной бездеятельности наших чиновников лавры "борцов за казацкие регалии" достались ничего не сделавшим для их возвращения министрам, собственно реликвии оказались в Москве, а журналисты, ученые и казаки… Как всегда, остались у разбитого корыта мечтаний и надежд. Корыта, которое в наш век, охочий до артефактов и антиквариата, тоже, конечно, представляет определенную культурную ценность.

Дмитрий Редько

При подготовке статьи использована информация веб-ресурса http://novasich.org.ua